У Ирана теперь нет единой структуры принятия решений, КСИР сохраняет рычаги влияния на Ормузский пролив и ядерную программу, затягивая переговоры с США — Reuters

Спустя два месяца после начала войны с США и Израилем у Ирана больше нет единого бесспорного религиозного арбитра на вершине власти. 





С момента своего создания в 1979 году Исламская Республика Иран опиралась на верховного лидера, обладавшего всей полнотой власти по всем ключевым государственным вопросам. Но убийство аятоллы Али Хаменеи в первый день войны и «возвышение» его раненого сына Моджтабы привели к установлению нового порядка, в котором доминируют командиры Корпуса стражей исламской революции (КСИР) и отсутствует решительный и авторитетный лидер.

Моджтаба Хаменеи по-прежнему стоит во главе системы, но, по словам трех источников, знакомых с ходом внутренних обсуждений, его роль в основном сводится к тому, чтобы легитимизировать решения, принимаемые его генералами, а не отдавать собственные распоряжения.

Власть сосредоточилась в более узком и консервативном внутреннем круге, состоящем из членов Высшего совета национальной безопасности (ВСНБ), аппарата верховного лидера и Корпуса стражей исламской революции, который теперь доминирует как в военной стратегии, так и в принятии ключевых политических решений, по словам иранских чиновников и аналитиков.

«Иранцы реагируют мучительно медленно, — сказал высокопоставленный представитель правительства Пакистана, проинформированный о мирных переговорах между Ираном и Соединенными Штатами, в которых участвует Исламабад в качестве посредника. — По всей видимости, у них нет единой структуры принятия решений. Иногда на ответ уходит от двух до трех дней».

По мнению аналитиков, препятствием для заключения сделки является не внутренняя борьба в Тегеране, а разрыв между тем, что готов предложить Вашингтон, и тем, что готовы принять сторонники жесткой линии в иранском правительстве.

Дипломатическим представителем Ирана на переговорах с США был министр иностранных дел Аббас Аракчи, а с недавних пор к нему присоединился спикер парламента Мохаммед Багер Галибаф — бывший командующий Корпусом стражей исламской революции, мэр Тегерана и кандидат в президенты. Во время войны он стал ключевым связующим звеном между политической элитой, силовыми структурами и духовенством Ирана.

Однако, по словам пакистанского и двух иранских источников, которые несколько недель назад назвали его ключевой фигурой со стороны Ирана, главным переговорщиком на местах был командующий Корпусом стражей исламской революции Ахмад Вахиди. В том числе он участвовал в переговорах в ночь, когда было объявлено о прекращении огня.


www.reuters.com/world/asia-pacific/irans-guards-seize-wartime-power-blunting-supreme-leaders-role-2026-04-28/