Raiffeisen не может вывести деньги из России и не может продать свою долю, даже по предложенной Кремлем цене, составляющей половину реальной стоимости подразделения — Bloomberg
Raiffeisen Bank International AG владеет крупнейшим иностранным банком в России и, несмотря на конфликт Украине, продолжает работать в стране, накапливая миллиарды долларов прибыли.
Проблема в том, что Raiffeisen не может вывести эти деньги из России и не может продать свою долю, даже по предложенной Кремлем цене, составляющей половину реальной стоимости подразделения.
Один из вопросов, над которым размышляет Штробль, заключается в том, можно ли вообще считать российский филиал Raiffeisen банком. Он практически перестал выдавать новые кредиты, а его некогда прибыльный бизнес по международным платежам сократился до нескольких крупных корпоративных клиентов, поскольку соблюдение санкций, направленных на изоляцию России, делает невыгодными переводы на небольшие суммы. Банк не выплачивает проценты по сберегательным счетам, но на счетах банка по-прежнему хранится более 10 миллиардов евро (11,6 миллиарда долларов).
По мнению критиков, Raiffeisen должен уйти из России, и точка.
На данный момент лучшая стратегия для Raiffeisen — продолжать попытки найти покупателя.
Согласно российским законам, банк не может продать подразделение более чем за 40% от его оценочной справедливой стоимости, и любая сделка потребует уплаты 35% налога на продажу. С начала войны Штробль вел переговоры примерно с дюжиной потенциальных покупателей, но, по его словам, учитывая и без того большую скидку, он не продаст банк за бесценок.
www.bloomberg.com/news/articles/2026-02-11/raiffeisen-bank-ceo-johann-strobl-is-struggling-to-sell-his-russian-unit
Проблема в том, что Raiffeisen не может вывести эти деньги из России и не может продать свою долю, даже по предложенной Кремлем цене, составляющей половину реальной стоимости подразделения.
По словам источника, изначально банк предполагал, что война быстро закончится победой России и все вернется на круги своя. Но по мере того, как конфликт затягивался, руководство опасалось негативной реакции как со стороны общественности, так и со стороны сотрудников. Однако идея просто взять и передать миллиарды активов Путину не рассматривалась.«Мы с самого начала работали над тем, чтобы найти покупателя, — говорит генеральный директор Йоханн Штробль. — Но этого так и не произошло».
Один из вопросов, над которым размышляет Штробль, заключается в том, можно ли вообще считать российский филиал Raiffeisen банком. Он практически перестал выдавать новые кредиты, а его некогда прибыльный бизнес по международным платежам сократился до нескольких крупных корпоративных клиентов, поскольку соблюдение санкций, направленных на изоляцию России, делает невыгодными переводы на небольшие суммы. Банк не выплачивает проценты по сберегательным счетам, но на счетах банка по-прежнему хранится более 10 миллиардов евро (11,6 миллиарда долларов).
По мнению критиков, Raiffeisen должен уйти из России, и точка.
На данный момент лучшая стратегия для Raiffeisen — продолжать попытки найти покупателя.
Согласно российским законам, банк не может продать подразделение более чем за 40% от его оценочной справедливой стоимости, и любая сделка потребует уплаты 35% налога на продажу. С начала войны Штробль вел переговоры примерно с дюжиной потенциальных покупателей, но, по его словам, учитывая и без того большую скидку, он не продаст банк за бесценок.
www.bloomberg.com/news/articles/2026-02-11/raiffeisen-bank-ceo-johann-strobl-is-struggling-to-sell-his-russian-unit
Сегодня
13:31
Страна
Инструменты
Тип
Раздел